Тыкаю пальцем в небо и рассказываю какое оно.
И смеюсь и плачу и удивляюсь постоянно.
А статуи хихикают: каков дурачок ;)
Уж они-то знают, какое небо.
Это их отражение.
Влюблённость - это не любовь,
Лишь жадно-жалкие потуги.
Душа молчит? Ну что ж, тогда
Позвольте выебать хоть друга...
Опять, в попытках осознанья,
Ловлю обрывки пустоты:
И чувствую твои объятья
И не пойму - где я, где ты.
Система зеркал позволяющая одним глазом посмотреть в другой.
Что мы увидим?
Закрываем оба глаза, ничего не видим.
Закрываем один глаз, видим другим закрытый глаз.
Закрываем второй, видим другим закрытый первый.
Открываем оба, видим каждым глазом другой. И при этом видим один глаз.
Какой? Где он, этот глаз?
Два глаза смотрят в один.
Один глаз смотрит в два.
Чем не хлопок одной ладони? :)
Я жизнью выебан в очко.
Касаясь стоп твоих губами,
Прошу, утешь печаль мою,
Омой моё очко слезами!
Но ты не веришь в тишину
Тебя влечёт толпы веселье
И растопыривши пизду
Ты мне твердишь про наслажденье.
Нет! Не хочу конвульсий я.
Пизда влечёт... но не движенье.
И, хоть назад не помещусь,
Я вспоминаю ощущенья.
Подарите мне хуй, новый хуй подарите
Я умнею, а хуй нихуя не растёт.
И работаю много и, бля, позитивен
Только похую хую, как будто не в счёт.
А уж сколько ебусь я, со всеми и всяко
Не со счёта я сбился, а цифры забыл
Каждый раз на чуть-чуть... но опять нехватает
И мой хуй остаётся таким же как был.
Подарите мне хуй, хуй большой подарите,
Чтобы гаишника жезл безвозвратно увял,
Чтоб блондинку тупую от вида одного
Паралич силиконовых сисек объял!
Прочитал я однажды, что на милиметр,
Не под силу нам смертным и только Отец...
Я молился усердно не спал и не кушал,
Но не тронулся в рост окаянный конец!
Подарите мне хуй, хуй такой подарите...
Хотя нет, лучше сделайте хуем меня!
Чтоб нестись над землёй облака пронзивая
Меж розящих копыт у Коня Горбуня!
В моей умом натруженной берлоге,
Пиздой в футбол играли носороги.
Их топот пульсом был в раздумии моём,
Они молчали дружно и я точно знал, о чём.
Познавший в мире тень сомненья,
Смешавший жизнь и сновиденье,
Тушивший в битвах страха пыл,
Ты вспомнил то, что я забыл?